Профессиональны юридические услуги в Москве (Новогиреево).

ТЕЛЕФОН: +7(904)581-24-30

Споры, которые не рассматривает третейский суд

Споры, которые не рассматривает третейский суд
Перечень споров, которые не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда, в частности, предусмотрен ч. 2 ст. 221 ГПК РФ, ч. 2 ст. 33 АПК РФ.


Судебная практика


Общество выступило заказчиком по договору о выполнении фирмой (подрядчик) комплекса строительно-монтажных работ и обязалось принять результат выполненной работы и уплатить обусловленную договором цену. В договоре содержалась третейская оговорка.

В связи с ненадлежащим исполнением договорных обязательств фирма обратилась в третейский суд с иском к обществу.

Решением третейского суда с общества в пользу фирмы взысканы задолженность по договору и расходы по оплате третейского сбора.

Фирма обратилась в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение названного решения третейского суда.

Определением арбитражного суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением арбитражного суда округа, требование фирмы удовлетворено.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ принятые по делу судебные акты оставила без изменения ввиду следующего (№ 305-ЭС17-7240).

Закупки товаров, работ, услуг такого заказчика, как хозяйственное общество, доля участия субъекта Российской Федерации в уставном капитале которого превышает 50%, в силу п. 1 ч. 2 ст. 1 Федерального закона от 18.07.2011 г. № 223-ФЗ “О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц”, осуществляются в соответствии с его нормами.

Согласно ч. 1 ст. 2 Закона № 223-ФЗ правовую основу закупки товаров, работ, услуг, кроме указанного Закона и правил закупки, утвержденных в соответствии с нормами данного Закона, составляют Конституция Российской Федерации, Гражданский кодекс РФ, другие федеральные законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации.

Данное положение Закона, а также регламентируемые нормами Гражданского кодекса РФ организационно-правовые формы и правовой статус лиц, являющихся субъектами отношений закупки, регулируемой Законом № 223-ФЗ, и указанных в нормах чч. 2 и 5 ст. 1 названного Закона (государственные корпорации, государственные компании, автономные учреждения, хозяйственные общества, в уставном капитале которых доля участия Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в совокупности превышает 50%, бюджетные учреждения и унитарные предприятия (при соблюдении ряда дополнительных условий), свидетельствуют о воле законодателя на регулирование спорных отношений в целом как гражданско-правовых, т.е. основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Субъекты, указанные в чч. 2 и 5 ст. 1, п. 2 ч. 1 ст. 31 Закона № 223-ФЗ, в силу норм главы 4 ГК РФ являются субъектами гражданских правоотношений и участниками гражданского оборота. При закупках, осуществляемых субъектами, указанными в нормах Закона № 223-ФЗ, стороны таких отношений выступают как юридически равноправные, никакая сторона не наделена властными полномочиями по отношению к другой стороне, что также свидетельствует о гражданско-правовом характере отношений.

Таким образом, совокупность названных признаков свидетельствует о том, что споры, возникающие из договоров, заключенных в результате закупки в рамках Закона № 223-ФЗ, в целом являются гражданско-правовыми. Соответственно, в целом гражданско-правовой характер носит спор сторон данного дела.

Возможность разрешения гражданско-правовых споров с помощью третейского разбирательства закреплена в гражданском законодательстве. Согласно п. 1 ст. 11 ГК РФ защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет суд, арбитражный суд или третейский суд.

Нормой ч. 4 ст. 4 АПК РФ в редакции, действовавшей в период спорных правоотношений, предусматривалось, что по соглашению сторон подведомственный арбитражному суду спор, возникающий из гражданских правоотношений, может быть передан на рассмотрение третейского суда, если иное не установлено федеральным законом.

Общие принципы определения категорий споров, которые могли рассматриваться третейским судом, в период спорных правоотношений регулировались Законом № 102-ФЗ.

В силу п. 2 ст. 1 Закона № 102-ФЗ в третейский суд мог по соглашению сторон третейского разбирательства передаваться любой спор, возникающий из гражданских правоотношений, если иное не установлено федеральным законом.

Вместе с тем гражданско-правовые отношения могут быть осложнены публичным элементом, и данный факт, в свою очередь, ставит вопрос о влиянии такого осложнения на выводы о наличии компетенции у третейского суда. В качестве таковых квалифицируются отношения о несостоятельности (банкротстве), о государственной контрактной системе, отношения в сфере добросовестной конкуренции, опеки и попечительства и др. Наличие публичного элемента в гражданско-правовом отношении свидетельствует о том, что стороны отношений не в полной мере свободны в установлении своих прав и обязанностей, в определении условий договора (п. 1 ст. 1 ГК РФ). Такое ограничение может влиять и на возможность выбора альтернативных способов разрешения спора из таких отношений. Однако участники гражданских правоотношений в силу их диспозитивной природы должны иметь явное и однозначное представление о наличии такого ограничения.

В отечественной правовой системе важность правовой определенности в такой ситуации отметил Конституционный Суд РФ (Определение от 05.02.2015 года № 233-О).

Применительно к тем случаям, когда отношения действительно осложнены публичным элементом, Конституционный Суд РФ указал два пути обеспечения баланса интересов в таких отношениях: прежде всего, особое правомочие федерального законодателя, а затем - правомочия судов в рамках защиты публичного порядка.

Именно федеральный законодатель, в силу диспозитивного характера гражданско-правовых отношений, обладает прерогативой устанавливать баланс публичных и частных интересов в правоотношениях, которые по своей правовой природе предоставляют широкую свободу их участникам. В случае осложнения таких отношений публичным элементом обеспечение баланса - функция законодателя и одновременно его обязанность устанавливать правовую определенность в диспозитивных правоотношениях, обусловленную разумными ожиданиями участников таких отношений, основанными на их диспозитивной природе, допускающей возможность совершать все, что не запрещено. Применительно к компетенции третейских судов такой баланс обеспечивается посредством определения категорий споров, которые могут (не могут) быть переданы на рассмотрение третейского суда, ввиду их осложнения публичным элементом, условно относящихся к компетенции третейских судов, будучи осложненными публичным элементом, но относящихся к компетенции третейских судов ввиду прямой воли законодателя.

Полагая, что имеются признаки осложнения гражданско-правовых отношений публичным элементом, федеральный законодатель обязан реализовать свои полномочия по установлению соответствующей правовой определенности в нормах, обусловленной наличием таких признаков, в том числе в части модели разрешения споров. До тех пор пока не установлено иное в форме нормы закона, соответствующей критерию правовой определенности, диспозитивный характер гражданско-правовых отношений не предполагает выявление иными способами ограничений для участников гражданского оборота.

Кроме того, как отметил Конституционный Суд РФ, одна из задач суда - обеспечить баланс интересов сторон в диспозитивных отношениях, осложненных публичным элементом, но тогда, когда соответствующие ценности стали элементом публичного порядка государства, в частности, ввиду того, что законодатель их имплементировал в соответствующие нормы закона, например в нормы о том, какие споры могут (не могут) быть переданы на рассмотрение третейского суда (Определение от 05.02.2015 года № 233-О).

В спорный период специальной позиции федерального законодателя по вопросу полномочий (или их отсутствия) третейских судов на рассмотрение споров о закупках особых видов юридических лиц, в том числе ввиду наличия, по мнению законодателя, публичного элемента в спорных отношениях, не выявлено. Законодательство, закрепляя в целом подход к вопросу о наличии (отсутствии) компетенции третейских судов на рассмотрение споров из гражданских правоотношений, не содержало специальных норм о наличии (отсутствии) компетенции третейских судов (полной или условной) на рассмотрение споров из закупок особых видов юридических лиц.

При реформировании законодательства о третейском разбирательстве в 2014-2016 годах федеральный законодатель закрепил следующий подход к регулированию вопроса о наличии (отсутствии) компетенции третейских судов на рассмотрение споров: общий критерий - гражданско-правовой характер отношений (ч. 3 ст. 1 Закона об арбитраже, ч. 6 ст. 4, ч. 1 ст. 33 АПК РФ), перечень споров, которые не могут быть переданы на рассмотрение третейского суда (пп. 1-5, 7 и 8 ч. 2 ст. 33 АПК РФ), а также условную компетенцию третейских судов на рассмотрение споров - споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд (п. 6 ч. 2 ст. 33 АПК РФ).

Однако споры, возникающие из отношений, регулируемых законодательством о закупках товаров отдельными видами юридических лиц, в данном перечне не указаны, иных законов, закрепляющих нормы об отсутствии компетенции третейских судов на рассмотрение таких споров, не имеется, не названы они и в качестве условно относящихся к компетенции третейских судов.

Судебная власть вправе устанавливать баланс в отношениях в целях защиты публичного порядка при наличии элемента публичного порядка Российской Федерации. Такого элемента публичного порядка Российской Федерации, как невозможность рассмотрения третейским судом споров, возникающих из отношений, регулируемых Законом № 223-ФЗ, выявлено не было, а доказательств нарушения иных элементов публичного порядка, например затраты бюджетных средств, общество не представило.

Комментариев нет